21.02.2026 г. на Медиевистическом семинаре при кафедре романо-германской филологии выступил с докладом доцент кафедры, старший научный сотрудник ИМЛИ РАН Владимир Сергеевич Макаров.В работе семинара приняли участие преподаватели и студенты филологического направления и коллега В. С. Макарова по ИМЛИ И. В. Ершова.
В своем сообщении В. С. Макаров, в частности, сказал:
«Нынешние дискуссии об искусственном интеллекте – а точнее, о взаимодействии пользователя с большими языковыми моделями – в основном сосредоточены на понятных, лежащих на поверхности проблемах: вторжении ИИ-текста в студенческие курсовые и научные работы, придуманных источниках, ошибочных ссылках. Но если, контролируя работу языковой модели, предложить ей сгенерировать именно художественный текст, это, как мне кажется, поможет нам лучше понять, как он построен и как воздействует на читателя.
Драматический текст для такого опыта мне показался наиболее интересным, так как позволяет не сосредоточиваться на воспроизведении нарративного стиля, а – особенно если речь о неплохо известном мне английском театре рубежа XVI-XVII веков – перейти сразу к конструированию риторических позиций персонажей. Из всех жанров наиболее удобна для опыта так называемая «мифоисторическая трагедия», в которой есть общая сюжетная канва из истории легендарной Британии Гальфрида Монмутского, но фабульные детали модель может сгенерировать сама.
Я выбрал сюжет, на который трагедия в XVI-XVII веках не была написана: историю короля Бладуда (отца Лира), известного тем, что он якобы ездил учиться мудрости в античную Грецию, потом основал в древней Британии первый университет, город Бат (где ранее обнаружил целебные источники), и наконец, возгордившись, решил на изобретенных им крыльях прыгнуть с крыши храма Аполлона в Триновантуме («Новой Трое», то есть будущем Лондоне) и разбился насмерть.
Для генерации связного текста важным было начать с подготовки исходного файла, куда я включил отрывки о Бладуде из английских хронистов XVI века и соответствующий фрагмент из «Зерцала правителей» (The Mirrour of Magistrates). Из этого свода модель, работающая через бота ChatGPT-4o, по запросу сгенерировала синопсис пятиактной трагедии (в итоговой версии от деления на акты я отказался, как нехарактерного для рубежа веков), список действующих лиц и далее каждую сцену по порядку – с некоторой поправкой на то, что план работы несколько корректировался.
В целом этот синопсис не претерпел сильных изменений. В него добавлялись некоторые детали: так, по первоначальной версии в сцене 3 Бладуд должен был уехать в Афины, продемонстрировать там свое стремление к философскому знанию и вернуться обратно, забрав с собой трех философов-греков. Но сама модель, получив промт написать сцену согласно синопсису, в итоге сгенерировала две разные сцены, куда была добавлена еще и поездка Бладуда к Дельфийскому оракулу.
Особенность генерирования любой сцены – в том, что у каждого героя есть своя риторическая позиция (король и его советники обсуждают проблему, защищают и критикуют варианты, после чего принимается решение). С одной стороны, это кажется монотонным и механистичным, с другой – немало произведений эпохи на самом деле так построены. На последнем этапе работы над сценой надо обеспечить связность: при сохранении логики текста некоторые реплики надо уточнить, сократить, не допускать исчезновения персонажей и так далее.
Любопытно, что у персонажей возникает своя динамика: в первых сценах, например, много текста было у друга/наперсника Бладуда, который постепенно потерялся на фоне его наставника Аскалия, верховного бриттского жреца Бранока, и трех философов Герма, Диохара и Каллисфена. Когда у персонажа нет выраженной риторической позиции, его реплики сокращаются и теряют остроту накала, а значит, их легко вырезать из сцены. Другой жертвой оказался комический персонаж – слуга Бладуда Колинель (все имена сгенерированы моделью). Предполагалось, что он будет комически комментировать порывы Бладуда к знанию, но чем-то вроде шута при Лире он стать не смог, так как сам Бладуд не нуждается в такой коррекции. На смену Колинелю пришли горожане Триновантума Гурт и Мадж – комический дуэт, не пересекающийся с Бладудом и потому свободный в его критике.
Модель (для которой входным требованием было только «сочинить елизаветинскую трагедию») определила пять составляющих жанра – «легендарная история», сенекианская трагедия, трагедия знания (наподобие «Фауста» Марло), моральная трагедия падения правителя, миф основания города («A mythic chronicle tragedy of intellectual overreaching, combining British legendary history, Senecan moral catastrophe, Renaissance humanist aspiration, and civic foundation myth»). Соответственно, модель выделила в ней четыре основные темы – «пределы человеческого знания», «гюбрис и падение героя», «конфликт хаоса и порядка» и «наука и магия». Несмотря на вполне ожидаемые отсылки к «роли Просвещения» и прочие подобные анахронистические «дефекты интерпретации», в целом жанр мифоисторической трагедии оказался реконструирован довольно убедительно.Лингвистический анализ текста еще впереди, но чрезвычайно интересно, что языковая модель оказалась способна адекватно выстроить жанровую структуру текста и постепенно приблизить к ней систему персонажей и их риторических позиций.»
Доклад вызвал оживленную дискуссию, связанную с различными аспектами работы нейросетей, в которой приняли участие А. В. Вдовиченко, Я. Мар (НИУ ВШЭ), К. А. Александрова (ПСТГУ), Л. Давыденко (магистратура "Английский язык и литература англоязычных стран"), А. Пушкарева и А. Осипенко (студентки романского направления).
Источник: Материал на сайте ПСТГУ